Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века

Трансформация пушкинского Лукоморья в российской литературе 2-ой половины ХХ века

Оглоблина Екатерина Александровна

Студентка Пермского муниципального научно-исследовательского института, Пермь, Наша родина


В прологе к поэме А.С. Пушкина «Руслан и Людмила» слово «лукоморье» было написано со строчной Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века буковкы, так как использовалось в значении «морской залив, бухта, извив морского берега» [Толковый словарь Ефремовой On-Line] и не являлось именованием своим. В произведениях ХХ в. это слово меняет Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века свою семантику. В стихотворении В. С. Высоцкого «Антисказка» «Лукоморье» пишется уже с большей буковкы, у братьев Стругацких в культовой повести «Понедельник начинается в субботу» Лукоморье – заглавие улицы, в рассказе Пехова «Последняя осень» бытует Лукоморский бугор Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века. В абсолютном большинстве произведений Лукоморье – заглавие магической страны, достаточно широкой местности, где обитают сказочные персонажи. Таким макаром, Лукоморье становится именованием своим. 1-ое значение закончило быть узуальным и было замещено Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века новым – тем, что вошло в публичное сознание благодаря произведению А.С. Пушкина.

В литературе 2-ой половины ХХ в. образ Лукоморья в большинстве случаев встречается 1) в поэтических произведениях, 2) в детской литературе, 3) в фантастике (заурядно – фэнтези Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века). При всем этом во всех жанрах находится похожая трактовка Лукоморья.

Более знаковыми произведениями, содержащими этот образ, стали повесть братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» (1964) и стихотворение В. Высоцкого «Антисказка» (1967).В Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века обоих произведениях магический мир совмещается с современными создателям реалиями. В повести «Понедельник начинается в субботу» на этом построен смешной эффект: «Движущая сила смешного искусства Стругацких лежит в парадоксах и несоответствиях, которые можно Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века найти на многих уровнях повествовательной структуры сказок. Более принципиальным источником этих парадоксов является синтез "реалистического" дискурса с дискурсом магической сказки» [Козловски]. «Антисказка» базирована на школьном фольклоре – ряде пародий на пушкинское стихотворение. С. Свиридов Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века рассматривает это стихотворение как травестию, так как «травестия не опровергает эталон, ориентирована не на него, а на внелитературную действительность» [Свиридов: 14]

Общая доминанта при трансформировании образов – придание им черт, присущих современному создателю миру – будет Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века выслеживаться и в произведениях других создателей ХХ века.

В конце XX в. – начале XXI в. публикуется ряд произведений, объединённых катастрофическим сюжетом – разрушение Лукоморья либо сказочного мира, частью которого он является Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века. Это может происходить в итоге нападения других сказочных созданий («Победитель крыс» В. Кантора), но почаще предпосылкой становится утрата людьми веры в сказки, напр. в рассказах «Последняя осень» А.Ю. Пехова и «У Лукоморья» Г. Мелькумянца Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века. Типично, что мотив утраты веры в сказочное и финал из мира волшебства встречается и в ряде произведений забугорной фантастики: «Последний единорог» (1968) П. Бигла, «Туманы Авалона» (1983) М. З. Брэдли, «Хроники Нарнии» (1950-1956) К Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века. Льюиса, но в забугорной литературе не находится аналогичного универсального топоса волшебства, подобного Лукоморью.

Образ Лукоморья в российской литературе 2-ой половины ХХ в. символизирует магический архаический мир, исчезающий под напором современности. В этом сюжете Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века выражается критичное отношение создателей к собственному времени и трагическое восприятие его. Сюжет о гибнущем Лукоморье в аллегоричной форме воплощает чувство заката культуры, моральной смерти населения земли.

Изменению подвергается не только Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века лишь сюжет пролога, да и некие детали, получает иную трактовку ряд образов, а именно, можно отметить как более нередко подверженный трансформации образ ученого кота. В ряде произведений Кот – хранитель магической страны, её смотритель, ответственный Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века за судьбы других жителей. В повести Успенского «Вниз по магической реке» мы лицезреем смешение пушкинского вида и фольклорных представлений: в тексте бытует Лукоморье, но Кот – персонаж отрицательный, восходящий к мифологическому Коту Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века Баюну. Кот может быть также показан с лёгкой драматичностью, как, к примеру, в повести «Понедельник начинается в субботу». Не считая того, Кот на цепи может трактоваться как знак несвободы (напр., «Победитель крыс»). В Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века других произведениях Кот вообщем исчезает: цепь обмотана вокруг ствола, предназначение её никак не комментируется. А именно, в рассказе Пехова «Последняя осень» возникновение цепи на дубе описано как курьёзный случай Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века.

В целом аблюдается расширение «интертекстуальности» художественного места: в текст о Лукоморье врубаются не только лишь персонажи, конкретно упомянутые у А.С. Пушкина, да и герои других российских сказок, западноевропейского фольклора и литературные персонажи. Так, в Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века рассказе «Последняя осень» А. Пехова вместе с Кощеем, Бабой Ягой и Учёным Котом бытуют Колобок, персонажи из «Алисы в стране чудес» Л. Кэрролла, герои «Волшебника из страны Оз», Каннибал.

Литература.

1. Козловски Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века Ю. З. Коды смешного в притчах Стругацких "Пн начинается в субботу" и "Притча о Тройке" //fan.lib.ru/a/ashkinazi_l_a/text_2120.shtml

2. Свиридов С. Высоцкий и Пушкин: по пути травестии // Внимая Трансформация пушкинского Лукоморья в русской литературе второй половины ХХ века звуку струн твоих: Сб. ст. - Калининград: РФК, 1996. - Вып. 3. - С. 14-19

3. Толковый словарь Ефремовой On-Line: www.efremova.info/word/lukomorje.html

transaktnij-analiz-e-berna.html
transaktnij-analiz-referat.html
transcendentalii-bessoznatelnogo-i-sovremennij-diskurs-doklad.html